ЯМАТО

Тот, кто должен был “реветь и стогнуть”, по словам нашего далекого предка и земляка, сегодня крайне умиротворенно журчал. Легкий теплый ветер слегка потрепывал волосы. Солнечные лучи ласкали лицо и шею, а птичьи голоса слух.

 

     Невольно создавалось такое ощущение, будто я совсем еще младенец, беззаботно засыпающий в своей люльке под ласковое пение мамы. Нет забот, нет тревог. Если попытаться охарактеризовать такое состояние души, то его будет тяжело выразить одним русским словом. Пожалуй лучше всего, эти чувства схожи с японским понятием Высшей Гармонии - Ямато. Да, этим февральским днем я, мать его, безмятежен. А ведь ровно год назад, таким же февральским днем и погода была другой, и мысли были совсем иными. 
     Наша небольшая компания сидела на старых, протертых до дыр, диванах, в холле маленькой, но уютной парикмахерской, буквально днем ранее взятой нами в аренду. Диваны были столь преклонного возраста, что вполне могли помнить очертания жоп Владимира Ильича Ленина или батька Махно. Весь остальной интерьер был оформлен в лучших традициях стилистики присущей временам правления Леонида Кучмы. Потрескавшиеся стены, блекло-зеленого цвета подростковых соплей, больше подошли бы для холла инфекционного отделения областной больницы. Непрерывно бликующие ртутные лампы явно были выкуплены за водку у вороватого завхоза того же инфекционного отделения. Изюминкой этой “обители красоты” являлись зеркала, выполненные в форме женских силуэтов, вида столь жалкого и затертого, что даже тараканы брезговали ступать на их мутную поверхность и обходили стороной. Если включить на магнитофоне сборник “Вояж 7” или "The Best From The West", то даже современная молодежь могла почувствовать весь шик и атмосферу 90-х. Но, ни магнитофона, ни сборника песен постсоветских скоморох в помещении не было, а “современная молодежь” то и дело ерзала на кожаных сидениях. То ли от волнения, то ли под воздействием мощнейшей энергетики излучаемой раритетным седалищем.
     Спокойствие и невозмутимость двухпудовой гири сохранял лишь наш лидер, духовный вдохновитель и по совместительству Мастер - Олег Максимович Гиренко. Но, и родственники, и компаньоны, и друзья, и враги называли его гораздо более уважительно - Гиря. Мастер, по бычи наклонив голову, обвел нашу компанию цепким взглядом и зафиксировал его на моей скромной персоне. Я, усилием воли, выдержал его тяжелый взгляд, что удавалось далеко немногим. По правде говоря, и мне не всегда. Угрюмое лицо тронула легкая улыбка и его взгляд соскользнул вверх, согнав с потолка сонную муху. Мастер стал неторопливо излагать, обращаясь ко всем присутствующим: 
- Короче, дядя, договор аренды мы с утра подписали. Лавэхи я за два месяца, вася, закинул. Договор вступает в силу с через две недели, так что, дядя у нас остается время чтобы сделать ремонт и навести тут шмон, вася.... 
- Мдаа уж… - протянул я, на манер Воробьянинова.
Олег, это нереально! На ремонт уйдет два месяца минимум. - возразила будущий администратор, Юлия.
- Пхаа, ты шо, гонишь??? Какие две недели? Дядь, за месяц может и успеем. - заявил Юрец. 
- ...стройматериалы я заказал. С утра, дядя, привезут. В обед начинаем, короче. Открытие 1-го марта. 
Молодые люди тут же пустились в споры и пререкания и только я сохранял молчания. Так как хорошо знал, что спорить с Гирей - сизифов труд. 
- Студия открывается 1-го марта. Через четырнадцать дней. Точка! - подытожил Мастер, чеканя каждое слово. 
     Если верить святому писанию, чего я вам делать не советую, господу богу понадобилось шесть дней для того чтобы сотворить землю и заселить ее всякими тварями, а на седьмой он выпал на диван смотреть UFC и сосать пивко. В нашем распоряжении было всего четырнадцать дней и богов среди нас не было, а объем работы был не меньшим чем у всевышнего, так что задача казалась трудновыполнимой. Но перед Гирей стояла еще куда более великая миссия - превратить нашу разношерстную компанию, с сомнительными навыками, в сплоченную команду лютых мастеров парикмахерского искусства и акул индустрии моды...